Дорога Владислава Титова к Богу

Дорога Владислава Титова к Богу
Дорога Владислава Титова к Богу
Дорога Владислава Титова к Богу
Фото: dobvesti.ru

После того как «Добринские вести» связались в Луганске с музеем-квартирой нашего земляка-писателя с трагической судьбой Владислава Андреевича Титова, напечатали статью о нём и направили эту газету вместе с рядом фотографий (в том числе фото старой Чуевской школы и педагогов той поры) в тот город, то сразу же получили ответное письмо от заведующей музеем Л.В. Ельшовой.

Оказывается, в музее ничего не знали о том, что школа, в которой учился Владислав Андреевич, была когда-то храмом, более того – её учащиеся до сей поры рассказывают, как на них сквозь побелку и краску то из одного угла, то из другого начинали смотреть позолоченные лики, их вновь с усердием закрашивали… Людмила Владимировна рассказывает об отношении писателя к религии, приводя дневниковые записи В.А. Титова, которые нигде и никогда до того не печатались. Наша газета по традиции сделает это первой, как когда-то самой первой напечатала его легендарную повесть «Всем смертям назло» в 1963-м году, за 4 года до того, как её увидит весь Советский Союз в журнале «Юность». (М. Пчельникова).

«От корреспондента газеты «Добринские вести» Марины Александровны Пчельниковой узнала, что Чуевская средняя школа, в которой учился писатель Владислав Андреевич Титов, располагалась в помещении бывшего храма, имеющего по церковным канонам форму креста. Ни в каких источниках, которыми располагает квартира-музей В.А. Титова, действующая в Луганске с 1988 года, нет упоминаний об этом факте. Это и не удивительно.

Никольский храм села Чуевка, после реорганизации переделанный в школу. (Фото из книги В.К. Искорнева «Дело отца Николая»).

Владислав Андреевич прошел все ступени идеологического воспитания в стране Советов. Гордо носил звание юного пионера в Александровской начальной школе, о сотрудниках которой он в повести «Жизнь прожить…» писал: «Я с чувством величайшей благодарности вспоминаю своих учителей, которые в тяжкую пору войны сумели воспитать в нас великое чувство – неистребимую любовь к жизни, радость труда, стойкость в преодолении невзгод».

Долгие годы Чуевская школа была единственной средней в Добринском районе, именно сюда из Калиновки (более 7 км) ходил учиться В.А. Титов, выпустившийся из неё в 1953-м г. (Фото из архива редакции).

Активное участие принимал в комсомольских делах в школе, в горном техникуме, в воинской части и на донбасской шахте – почетные грамоты, хранящиеся в нашем музее, — свидетельство этому. Осознанно, со всей ответственностью принимал решение о вступлении в ряды КПСС.

«Религия – опиум для народа», — этот постулат прочно внедрялся в умы советских людей. Даже в самые тяжелые дни после ликвидации аварии на шахте Ханжонково-Северная, когда получил травмы, не совместимые с жизнью, и когда врачи одолели смерть, но не смогли спасти ему руки, — и тогда Владислав не уповал, как говорят, на божью милость.

Перелом в его отношении к религии произошел уже после того, как, сумев преодолеть судьбу, он освоил технику письма ручкой, зажатой зубами, а потом и пишущую машинку, и написал автобиографическую повесть «Всем смертям назло…», доказав себе и всем, что «человек может все, если захочет».

Завоевав свое место в Союзе писателей СССР, Владислав включается и в общественную работу. В 1968 году в составе делегации от Советского комитета защиты мира он отправляется на IX Международный фестиваль молодежи и студентов в Болгарию, в Софию. В день открытия фестиваля, 28 июля, утром во время знакомства с городом он неожиданно для себя стал посетителем храма. Какое впечатление произвела на него эта
незапланированная нечаянная «экскурсия», как отозвалась в его душе и сознании, расскажет нам дневниковая запись В. Титова в общей тетради, которая сберегается в нашем музее. Приводим ее полностью.

***

« Я ни разу не был в церкви, не видел службы, и когда сказали, что рядом с нами действующий храм, с удовольствием пошел. У входа уйма людей. Оказывается, против храма какая-то делегация дает концерт и люди расположились на ступеньках. С трудом пробираюсь в храм. Сразу же поразило пение церковного хора. Звуки неслись откуда-то сверху и были торжественными, взволнованными и очень чистыми. Храм заполнен до
отказа. Молящихся мало, больше туристов, таких же ротозеев, как и я.

Протискиваюсь вперед. Интересно, что же там? Впереди около сотни пожилых мужчин и женщин. Молятся. Некоторые сидят на скамейках, другие стоят, третьи на коленях. Многие плачут. Порядочно молодежи. Запомнилась одна девушка. Ей лет 20-23.

Прижала кулаки к щекам, склонила голову, рассыпались волосы, и слезы по щекам, которые она не вытирала. Не крестится. Какое горе у человека? Может, она и не верит в бога, а пришла сюда, чтобы не быть одной, выплакаться при всех, как высказаться. А высказать все ведь нельзя кому-то, даже самому близкому. Да и есть ли этот близкий у нее?

Стоит на коленях старый седой с черными усами болгарин. Все отступили от него на шаг. Я больше всего боялся помешать этому человеку каким-то неосторожным шагом, движением. Кажется, и все, случайно оказавшиеся на службе, чувствовали эту неловкость.

Из дверей вышел священник, запел. Как это торжественно, потрясающе. Ему целуют руки, крест. И звучит хор, то затихая, то успокаиваясь. Не верю в бога. Но, честное слово, хочется быть чище, добрее. Хочется сделать что-то хорошее людям.
Заметил входящий в храм поток и выходящий. Так вот, выходящий как-то мягче, добрее, человечнее. Может быть, это на минуту. Может. Но человек почувствовал себя человеком.

Я понял, выйдя из храма, давнюю боль своей матери. Израненный, обожженный войной, вернулся с фронта отец. Снял из угла иконы и повесил на их место портрет Сталина. Я видел, что дом стал маме чужим. Около тех икон она простаивала на коленях ночами, вымаливая у них спасти жизнь отцу ее детей. И хлеб она просила у них, когда мы, опухшие от голода, в полусознании просили у нее есть.

Отца я не виню. Он сын своего века. И ходил в атаки, прошел пекло войны тоже со своим богом. С тех пор мать зачастила к соседке, к которой раньше симпатий не питала. У той были иконы…

Революция отняла религию, но взамен ничего не предложила. Картины в храме изумительны. Это та же человеческая жизнь в религиозном преломлении. Подумал, а почему молодежь ходит в церковь. Раньше считал дикостью. Я ошибался. Это, значит, сложнее. Революция разрушила, но не решила эту проблему. А решать ее придется».

***

Удивительно, но, впервые побывав в храме, В. Титов, атеист, так точно определил сверхзадачу церкви, церковного служения людям: человек долженпочувствовать себя человеком, стать мягче, добрее, человечнее.

Важно и то, что он честно признает свое прежнее отношение к церкви ошибочным и приходит к твердой уверенности, что проблему: церковь, государство, общество, взаимодействие этих институтов – неизбежно решать придется. Нельзя сказать, что этот пересмотр прежнего отношения к церкви напрочь поколебал атеистические взгляды писателя. Но то, что, обращаясь в своем творчестве к главным философским вопросам о жизни и смерти, о добре и зле, решал он их в согласии с высокими традициями русского
православия – это факт неоспоримый. Приоткроем хотя бы две книги для примера.

В повести «Жизнь прожить…» писатель делится с читателями своими мыслями о смысле человеческого существования: «К каждому подступает тот срок, когда человек спрашивает у самого себя: зачем явился на эту Землю? Что оставил после себя? Добро? Зло? Любовь? Ненависть? Никто из нас не верит в загробную жизнь. Но на Земле ведь бессмертно только Добро, только Любовь. Зло тоже живет, но оно умирает сразу же, как
только умирает породивший его».

Данное суждение, афористичное, яркое, ёмкое, все же является только подступом к теме, которая в полную силу зазвучит в последней повести В. Титова «Грёзы старого парка». С высоты прожитых лет становится ясным, сколь многогранно и многолико зло, и сколь не проста борьба добра с ним. На страницах повести предстает перед нами картина, в которой человек по сути отлучил себя от Бога, поставил себя не просто в центр, а над миром. «Эх, человек, человек. Как неразумен ты бываешь иной раз в своем кичливом разуме!» — сетует писатель. От гордыни – этого смертного греха – призывает он отказаться человечество в его взаимоотношениях с природой: «Природа врачует раны твои, человек. Не ошибись только в своей гордыне, что все свершенное на этой беспредельно огромной и мизерно маленькой планете, называемой Землей, — дело рук твоих. Не кричи во всеуслышанье,что только ты один создаешь все сущее, что все покоришь и преобразуешь на пользу свою».

«Останови топор, человек!», — словно набат звучит слово писателя. Что может спасти мир от краха, от полного разрушения – и об этом размышляет автор вместе со своим героем – деревом-великаном: «Все проходит… Даже проносится впопыхах, — думает последнюю думу тополь.

– А может, оттого, что впопыхах! Конечно же, умрут и эти звезды, исчезнет Млечный Путь, и завтра наступит его, Великана, конец, но ведь вырастут другие деревья, родятся новые звезды. «Из ничего?» Подобное не может не родить себе подобное. «А память?» Может быть, это и есть тот зародыш, из которого рождается новое? Учитывая и исправляя ошибки прожитого или усугубляя их».

Нравственным мерилом в жизни каждого человека является в повести Каменный солдат-памятник на братской могиле воинов, погибших в годы Великой Отечественной войны: «Кощунственно завидовать судьбе твоей, каменный солдат. Но кто на наших могилах поставит крест или камень в изголовье? И заслужим ли мы этого, оставим ли после себя былую материю, составляющую основу нашей жизни, основу основ мироздания?».

Память – непременное условие преемственности поколений. Формировать правильное отношение к миру нужно с малых лет. «Непреложным принципом для каждого — считает В. Титов — должно быть внушение маленькому человеку идей гуманизма, патриотизма. Он не вырастет патриотом и гражданином, если не научится любви к матери, к земле, к Родине. Если не научится жить среди людей, работать, дружить, делать общее дело, помогать и с благодарностью принимать помощь».

Селиван, выразитель дум автора в повести, представитель поколения ветеранов Великой Отечественной войны, с болью воспринимает поступки молодых людей, выходящих за рамки народных понятий о нравственности. «Наташа плюс Юра равно любовь, — с недовольством читает он надпись на дереве. – Белой масляной краски не напасешься. Вся на ацетоне пошла, чтобы скорее … Вот тебе и символ отчего дома, — вздыхает старый солдат, еще раз оглядываясь на покалеченную березу. – А мы-то, бывало, обнимали и целовали их, возвращаясь с полей брани». Ищет у старика ответа на вопрос, как стать счастливой, Эльвира. Спешила все испытать до замужества, пока молодая. Теперь есть угроза, что детей иметь не сможет. «Человек свободным рождается», — объясняет своеповедение она Селивану Матвеевичу. «Свободным от чего? – негодует Селиван. – От обычаев, от нравов прародителей? Обезьянки, если знаешь, были свободными и то не во всем. По крайней мере, не извращали инстинкт продолжения рода своего».

Но голос совести продолжал тревожить: «Я жил под этим небом, ел хлеб, стало быть, лично ответственен за все добро и зло в этом мире». Вновь поплыли в его голове тягучие думы о смысле жизни, ее быстротечности, о преступной бездумности человека, о ненужности суеты и безответственности за день грядущий, думал о падении нравов, о забвении обычаев, о том, что, чем богаче становятся люди, тем жаднее и безответственнее делаются их поступки: злость и алчность нетленным червем разъедают их нутро.

Ответ на мучавшие его вопросы дает природа. Размышляя, зачем дереву так много семян, если для потомства дубу, например, хватит и одного желудя, он приходит к выводу, что остальные рассыпает он как благодарность земле и солнцу за подаренную жизнь. А палый лист благодарен родителю и уступает место другим. Он погибнет, сгинет под снегом, но на его место придут другие. Это будет продолжаться бесконечно. «Живая мудрость, напоминающая человеку, что жизнь конечна и ей нет конца».

Не нарушить это хрупкое равновесие в мире – вот задача человечества. И, чтобы ее решить, необходимо каждому взрастить в себе человека – такой духовно-нравственный завет дает нам В.А. Титов в своей повести.

Взрастить человека – не об этой ли миссии размышлял В. Титов при своем первом в жизни посещении храма? Тогда в Болгарии он не раз вспоминал свою малую родину. В повести «Жизнь прожить» с любовью пишет о школьных годах, о Клавдии Алексеевне Чеботаревой – учительнице русского языка и литературы, о библиотекаре Галине Дмитриевне Лебеденко (Яриковой). Школа дала ему путевку в большую жизнь.

Той школы, что работала в помещении закрытой церкви, уже нет. Ребята учатся в новом просторном, специально для них построенном здании. Арядом, на месте бывшей колокольни, вырос новый храм. Вместе со школой его служители, конечно же, будут решать великую задачу – помочь молодым людям взрастить в себе человека, в высоком понимании – найти дорогу к Богу.

Людмила ЕЛЬШОВА, заведующая квартирой-музеем В.А. Титова.
г. Луганск.

От редакции «ДВ»: Людмила Владимировна Ельшова, конечно, не может знать на таком расстоянии, что наш Никольский храм п. Добринка во главе со своим настоятелем, благочинным Добринского церковного округа Александром Дмитриевичем Адоньевым с самых первых дней несёт свою высокую миссию – печётся о духовном развитии молодёжи, некоторые из мальчишек служат в нём алтарниками. При храме действует воскресная школа «Светоч», в которой преподают педагоги, одновременно работающие и в Добринской школе №2 (по-старому – Чуевской), и из соседнего лицея. В советские годы такое представить было невозможно, да и самих храмов практически в нашей местности не было совсем.

 
По теме
На время следствия женщину отправили под домашний арест, но она попыталась скрыться и начала вновь продавать наркотики Правоохранители завершили расследование в отношении 33-летней липчанки.
Комсомольская Правда
Очевидцев ДТП на Орловском шоссе в Ельце ищет полиция Липецкой области - Липецкая ГТРК Юля Кобзева Такси сбило мужчину 20 ноября 2023 года фото: пресс-служба УМВД России по Липецкой области Полиция ищет свидетелей ДТП, которое произошло 20 ноября 2023 года в Ельце на Орловском шоссе.
Липецкая ГТРК
Личный УАЗ направили на фронт - Газета Добринские вести Семья Сорокиных из Добринки на общем совете решила направить в зону боевых действий личный автомобиль Об этом редакции «ДВ» рассказал офицер в отставке,
Газета Добринские вести